В каждой революции есть свои герои.
Герой революции отношений – Джон Боулби, британский психиатр, родоначальник теории привязанности, за последние сорок лет глубоко проникший в нашу культуру и изменивший современные подходы к воспитанию детей.
Боулби, родившийся в 1907 году в аристократической семье, был четвертым из шести детей и, как было принято тогда в высшем обществе, видел своих родителей нечасто.
Умытые и аккуратно одетые, они встречались с матерью раз в день – за чаем, а отца, хирурга, видели вообще раз в неделю – по воскресеньям. Все остальное время дети проводили с нянями, горничными и гувернантками, к которым были привязаны больше, чем к родителям. В возрасте семи лет Джона, также по обычаям того времени, отправили в закрытую частную школу-интернат и это событие, по признанию самого психиатра, очень сильно его травмировало.
В результате вопрос отношений детей с родителями и другими значимыми взрослыми стал для Боулби личным, важным и интересным.
Он начал изучать психологию, работал в прогрессивных интернатах с трудными подростками, затем стал врачом, а позже – психоаналитиком.
И вскоре оказался в оппозиции к ортодоксам психоанализа. Опираясь на учение Фрейда, они считали, что проблемы пациентов почти всегда внутренние, тогда как собственный опыт заставлял Боулби верить, что проблемы многих его пациентов были вызваны внешними причинами – реально существующими отношениями с другими людьми.
Продолжая работать с детьми и подростками с нарушениями психики, Боулби пришел к выводу, что разрыв или отсутствие эмоциональной связи с родителями или другими значимыми взрослыми могут препятствовать здоровому эмоциональному и социальному развитию ребенка, приводя к отчуждению и озлобленности.
Однако теории Боулби не хватало эмпирически подтвержденных доказательств. Здесь на помощь ему пришла психолог-исследователь из Канады Мэри Эйнсворт (на фото внизу она находится в центре).
Эйнсворт разработала простой, но замысловатый эксперимент, который до сих пор считается одним из наиболее важных и переломных в истории всей психологии.
"Незнакомая ситуация"
Эксперимент был назван "Незнакомая ситуация" – в интернете можно найти несколько протоколов его проведения.
Суть его очень проста: мать с ребенком до трех лет приглашается в незнакомое помещение. Через несколько минут появляется сотрудник, а мать уходит – малыш остается один на один с незнакомым ему взрослым. Через три минуты мать возвращается.
Большинство детей, естественно, сокрушается, когда видят, что мать покидает помещение: они начинают плакать, швырять игрушки, беспокойно вращаться из стороны в сторону.
А в момент воссоединения ребенка с матерью и проявляется одна из трех моделей поведения, и эти модели определяют тип эмоциональной связи, сложившийся между малышом и матерью.
Многочисленные исследования выявили закономерность – у жизнерадостных деток, которые быстро успокаиваются, легко идут на контакт со своими мамами, когда те возвращаются в комнату, а затем продолжают исследовать окружающее пространство, мамы обычно теплые и отзывчивые.
У детей, которые продолжают нервничать, демонстрируют враждебность и требовательность или отчаянно цепляются за мать, когда та возвращается, мамы чаще всего эмоционально непоследовательны. Они то ласкают ребенка, то отталкивают его от себя.
И третья группа – дети, которые не проявляют ни радости, ни печали или гнева и остаются равнодушными – это дети эмоционально холодных матерей.
Боулби и Эйнсворт определили эти эмоциональные стратегии или типы привязанности детей, как надежный, тревожно-амбивалентный и избегающий соответственно.
Боулби удалось дожить до того дня (ушел из жизни он в 1991 году), когда его теория привязанности стала краеугольным камнем воспитания детей в западном мире.
А как же взрослые?
Сегодня никто не подвергает сомнению тот факт, что маленькие дети нуждаются в постоянной физической и эмоциональной близости с родителями и родными. Эта некогда революционная идея стала для нас аксиомой.
Но только если речь идет о детях.
Многие до сих пор уверены, что такая зависимость заканчивается в подростковом возрасте. Однако Боулби так не считал. Он подчеркивал, что потребность в близости с несколькими значимыми для нас людьми, потребность в привязанности сохраняется у нас на протяжении всей жизни и именно она формирует наши отношения, когда мы взрослеем.
Он писал: “Все мы с момента рождения и до самой смерти чувствуем себя счастливыми только тогда, когда жизнь наша организована как ряд познавательных экскурсий – коротких или долгих – в большой мир из зоны безопасности, которую формируют собой близкие нам люди”.
Боулби и Эйнсворт пришли к выводу, что дети устанавливают со своими родителями три вида привязанности. Однако то же верно и для взрослых. Базовый тип привязанности человека формируется в детстве и влияет в дальнейшем на всю его жизнь.
Надежный тип привязанности – оптимальный вариант – формируется естественным путем, когда мы растем в уверенности, что главные для нас люди постоянно будут рядом и всегда откликнуться на наш призыв.
Мы учимся обращаться за утешением и поддержкой, когда они нам нужны, с уверенностью, что почти наверняка ее получим. Такая близость – несущая конструкция всей нашей жизни, опираясь на которую мы остаемся спокойными и эмоционально уравновешенными в любой ситуации.
Нас не пугает близость и потребность в других, не съедает беспокойство и тревога, что нас предадут или бросят. Мы словно всем своим поведением заявляем: «Я знаю, что ты нужен мне, а я – тебе. И это нормально. Даже отлично. Итак, давай станем друг для друга самыми близкими людьми».
Однако некоторые из нас были привязаны в детстве к людям, отношение которых к нам было непредсказуемым, непоследовательным, пренебрежительным и даже жестоким. В результате у нас сформировался один из двух так называемых ненадежных типов привязанности – тревожно-амбивалентный или избегающий, который автоматически включается, когда мы (или партнер) начинаем нуждаться в близости.
При тревожно-амбивалентном типе нас в любой нестандартной ситуации начинают накрывать эмоции; мы склонны беспокоиться, что нас бросят, и потому привычно ищем подтверждений и требуем доказательств любви.
Мы словно спрашиваем: Ты со мной? Ты рядом? Это точно? Докажи. Я не чувствую уверенности. Докажи еще чем-нибудь.”
При избегающем типе мы, напротив, склонны гасить и прятать свои эмоции, чтобы защититься и не стать уязвимыми или зависимыми от других. Мы отрицаем собственную потребность в привязанности и стараемся избегать настоящей близости. Другие люди для нас – источник опасности, а не покоя и комфорта.
И мы транслируем: “Мне от тебя ничего не нужно. Делай что хочешь, меня и так все устраивает“.
Тип привязанности напрямую связан с тем, как мы видим себя и других. Эти ментальные модели определяют, как мы регулируем свои эмоции, чего ждем от отношений и как трактуем какие-либо действия партнера; они же закладывают поведенческие шаблоны.
Люди с надежным типом привязанности, как правило, считают себя достойными и заслуживающими любви, а окружающих – надежными и достойными доверия. Они верят в свои отношения и готовы учиться их выстраивать.
Люди с тревожным паттерном склонны идеализировать других и сильно сомневаются в собственной ценности и своей приемлемости в качестве партнеров. Как следствие они с одержимостью ищут и требуют одобрения и заверения, что их любят и не собираются бросать.
Люди с избегающим типом привязанности верят в то, что они достойны любви – по крайней мере способны себя в этом убедить, а любые сомнения – подавить. Но вот окружающие, по их мнению, совершенно ненадежны и совершенно не заслуживают доверия.
Даже рассказывая о прошлом или мечтая о будущем, люди тревожно-амбивалентные опишут себя нелюбимыми и без пяти минут брошенными, а избегающие – отстраненными и ничего не чувствующими.
Привязанность и разлука.
Психолог Дебор Дэвис из Невадского университета в Рино провела передовое исследование, демонстрирующее, что паттерны привязанности влияют даже на то, как пары разводятся.
Через интернет она собрала 5 тысяч анкет, вопросы в которых позволяли определить тип привязанности и оценить поведение респондентов в период завершения отношений.
Исследование Дэвис выросло из ее личного опыта: ее брак распадался, и ее мужа бросало из безудержного обожествления в дикую ярость.
Она задумалась об описанных Боулби проявлениях пережитого детьми стресса в отношениях – гневного протеста, приставания и поиска, депрессии и отчаяния – и решила проверить, можно ли спрогнозировать поведение взрослых людей в критическое для их отношений время.
Она предполагала, что люди с тревожным типом привязанности постараются вернуть партнера, выдвигая требования и бросаясь угрозами. И его гипотеза подтвердилась.
Респонденты с тревожно-амбивалентным паттерном чаще заявляли, что становятся одержимыми, испытывают сильный гнев и способны на враждебные, угрожающие действия – например, повреждения имущества. Они также сообщали, что идущий от них партнер начинает казаться им более привлекательным и остро необходимым.
Избегающий тип людей идет от конфликтов, минимизируя контакты с партнером, являющимся инициатором разлуки. Они съеживаются и запираются в себе, считая, что им все равно больше не на кого рассчитывать. Они не делятся своими чувствами с друзьями, но пытаются отвлечь себя от переживаний, избавляясь от каких-либо напоминаний об отношениях, которые только что закончились и пытаясь подавить неприятные эмоции.
Избегающий тип также склонен некоторое время не заводить новые отношения, тогда как тревожно-амбивалентные люди, напротив, часто пытаются сразу же их завязать.
Ирония в том, что, когда нам удается установить более надежную связь с партнером, мы не только счастливее в отношениях – мы также менее несчастны, теряя любовь.
Важно отметить, что недавно ученые пришли к обнадеживающим выводам: хотя типы привязанности относительно стабильны, их все же можно менять.
Ваше поведение отражается на паттернах партнера, а его – на ваших.
Например, тревожно-амбивалентная женщина в отношениях с надежным мужчиной, который в любой ситуации остается открытым и отзывчивым, постепенно научится новым "па" в танце под названием "любовь".
Любовь действительно способна нас изменить.
Правильный партнер может сделать нас более открытыми и спокойными. А счастливые отношения позволят пересмотреть собственные модели поведения, сформировавшиеся в детстве.
Так что не бойтесь меняться – любите и будьте любимы!
При написании блога использованы фрагменты книги Сью Джонсон “Чувство любви. Новый научный подход к романтическим отношениям”
